Отдать знакомому 9000 долларов на покупку техники в Европе — звучит как план. Вот только наш герой остался с пустыми руками, без денег и техники. Уже почти два года он обивает пороги органов, пишет жалобы и претензии, пока «бизнесмен» обзаводится еще более внушительными долгами. Оказывается, даже если есть расписка, истребовать деньги у того, кто живет в долгах, почти нереально.
В ноябре 2022 года Дмитрий (здесь и далее имена изменены) решил, что пришло время обзавестись десятью новенькими iPhone 13 Pro Max: один — для себя, второй — для девушки, остальные — для перепродажи. Деньги были — 9000 долларов от проданной машины. Через знакомого он узнал о Викторе — человеке, который якобы умел привозить технику из Европы по цене ниже рыночной.
— На тот момент он работал на ул. Лобанка, 14, где был ремонт телефонов. Там мы и встретились. Он рассказывал, что являлся учредителем двух таких точек (и, наверное, так оно и было). Виктор сказал, что смартфоны достанет без проблем, в Польше у него свои люди, по времени доставка займет месяц-полтора. Одно условие — полная предоплата.
На вид ему было около 30 лет, выглядел он как типичный перекупщик, но умело располагал к себе, рассказывая убедительные истории о том, как это делается. Про то, что технику надо декларировать, он мне ничего не говорил, а я и не спрашивал.
«Предлагал iPhone на 200−300 долларов дешевле»
Дмитрий, не сильно вникая в юридические детали и доверяя Виктору, передал тому деньги. Бумажки, конечно, никакой не взял: «солидные люди» ведь проблем не создают. Смартфоны обещали привезти на 200−300 долларов дешевле рынка, что уже заманчиво. Все выглядело идеально… на первый взгляд.
Конец ноября — начало декабря, Дмитрий ждет обещанные iPhone, но вместо них получает только оправдания: «телефоны на границе», «водитель заболел», «машину отправили на рентген». Виктор не присылает ни фото техники, ни каких-либо доказательств покупки. Дмитрий нервничает и спустя полтора месяца начинает регулярно навещать перекупа лично.
— В один день он даже вернул мне 150 рублей и клялся, что завтра телефоны будут доставлены. Завтра, разумеется, ничего не произошло. К середине февраля мне становится ясно, что телефонов нет и никогда не было. Терпение у меня не железное, и в феврале я уже стал говорить с ним на повышенных тонах. Тогда он мне признался, что деньги ушли на закрытие долгов.
Я у него спросил, что мы со всем этим будем делать. Он предложил написать расписку. Написал, но у нотариуса мы ее не заверяли. В тексте он указал, что взял у меня 9000 долларов и обязался вернуть их до 1 марта, то есть примерно через месяц.
Март проходит, денег все нет. Виктор просит еще время.
— Он просит еще полмесяца. Я даю полмесяца — он опять не успевает. Меня в свои дела Виктор не посвящал, говорил, что ведет какие-то делишки, что у него вот-вот появятся деньги и он все отдаст. При этом сам ездил на такси, поэтому, думаю, деньги на руках у него точно были.
Я задумался о том, чтобы в счет долга взять у него какое-то имущество, но, как выяснилось, он гол как сокол. На то время на нем висел исполнительный лист от мебельной фабрики. Как я понимаю, он взял что-то в рассрочку и не заплатил. Потом я подумал, что, даже если подам на него в суд и выиграю, все равно ничего с него не получу. А официальная зарплата на той точке у него была минимальная.
Я понимал, что будет тяжело, но решил обратиться в милицию. Это был май 2023 года. Виктор не терялся, помню, даже обещал отдавать каждый месяц по 500 долларов. Назначал встречи, а сам на них не приезжал.
Куча долгов и никакого мошенничества
Дмитрий подал заявление в милицию, надеясь привлечь Виктора к уголовной ответственности за мошенничество. Органы внутренних дел отработали по стандартной схеме. Допросили обе стороны, а потом прислали Дмитрию ответ: признаков мошенничества не обнаружено, идите судиться.
— Оказывается, Виктор в милиции рассказывал, что якобы потратил деньги на покупку ноутбуков для перепродажи, а не на закрытие долгов, как сказал мне. Но что это за ноутбуки и где они, я так и не понял. Как только я написал заявление, он пропал. За эти два года он сменил четыре номера телефона.
Не оставляя попыток добиться справедливости, Дмитрий обратился в УВД, а затем в прокуратуру, теперь уже при помощи юристов. В ответ появились новые версии событий от Виктора.
— То он утверждал, что купил ноутбуки, то рассказывал, что только собирался это сделать. Ответы всегда менялись, последний — что он якобы перевел 9000 долларов в Польшу знакомому, а тот его «кинул». Конечно, никаких данных о переводе, где и как он это сделал, он предоставить не смог, ведь все легко проверялось бы. Все это я узнавал из материалов дела.
За два года Дмитрий потратил на юристов около 1500 рублей, но так и не получил ни своих денег, ни смартфонов, ни четких ответов. Кроме, пожалуй, одного: Виктор не отказывается от долга и готов его вернуть. Вот только когда, неизвестно.
— На протяжении двух лет Виктор не отказывался возвращать долг, но при этом не перевел мне ни копейки. Формально он вроде бы и не мошенник, ведь нужно доказать умысел, а для этого надо, чтобы он на допросе сам сказал: «Да, я всех обманывал». Конечно, так делать никто не будет.
Судиться Дмитрий не стал: с Виктора все равно взять нечего, а высокая стоимость госпошлины сделала идею еще менее привлекательной.
— Сегодня Виктор официально не работает, оформил уход за ребенком. У него два кредита от банков и три проигранных гражданских иска на 17 тыс. долларов и 7 тыс. рублей. То есть за это время он успел набрать долгов у людей и ничего не отдает. Что толку выигрывать суды, если буду ждать свою очередь до конца жизни.
Для Дмитрия этот инцидент стал уроком, за который он заплатил высокую цену. Полгода он пытался справиться с апатией, пока не пришел к выводу, что эти деньги, скорее всего, не увидит уже никогда.
— Что угодно лучше бы купил на эти деньги, потратил бы на себя, на свою семью. Да лучше бы я тогда переплатил за iPhone. Тут как в поговорке: скупой платит дважды. Получается, заплатил за опыт, разобрался в законах, правах, документах, заявлениях… Сейчас дело уже не в деньгах: мне важно, чтобы Виктор понес ответственность за свои поступки и перестал обманывать людей.
Сейчас Дмитрий ищет других пострадавших, чтобы подать коллективное заявление в милицию.